Маленькие детки – маленькие бедки! Сначала была учёба – избирательные кампании в Красноярском крае, в муниципалитетах Мурманской области. В 2004-2005 годах начались практические занятия – помощь отцу в ЗАТО Гаджиево, чиновничество в ЗАТО Полярный. Всё это без отрыва от основной деятельности – политтехнологической и коммерческой работы на территории области. При этом в руках Андраника Мусатяна неизменно развевается знамя (вернее – флажок) с надписью «Хочу дружить с губернатором!» На самом деле, он просто стремится к личному успеху в своем личном бизнесе, и в своей личной политике. «Дружба» с властью – всего лишь заветная волшебная палочка.

Упоминаемые лица: адамова, ахрамейко, бергер, бережной, будаговский, вихорев, волошин, голубев, горшков, дубашинский, жирнов, кобенко, коньков, лебедев, лунцевич, марголин, мельниченко, оксин, попов, рейзвих, седов, хмель, цимбалюк, черепов, чернышенко, юрлин, == хлебокомбинат, хлебный дом

Беседа 10.04.2005. Мусатян А.В.

Я сейчас сидел в гостях у Попова Евгения Анатольевича, журналиста. Он же у нас там. Переходит в Полярный, будет директором кабельного телевидения. Он занимается им уже год после Гаджиева. Там же Лена Рахимова, они живут вместе уже полтора года. В Заозерске они вместе вели процесс, оба были там.

В области происходит что-то непонятное. Я с Димой Коваленко встречался. В принципе, тем, кто знает, все понятно. Но я не хочу оказаться в паровозе, который вдруг поедет не в ту сторону. Пока у меня есть чувство, что я в нужном паровозе сижу. Потому что та группа «Хмель–Лунцевич»,которая активизировалась, она играет против Полярного, Североморска и Кандалакши, ну а дальше и против губернатора конечно. Как бы побросали куски собакам, чтобы они сгрызли. Нужны торпеды, нужны скандалы. Вот они и есть. Я уже разговаривал с определенными людьми, в т.ч. и с Волошиным. У меня нормальные отношения с ним, очень нормальные, больше, чем нормальные. Я буду ему помогать. Первый он, второй – Черепов. Как оранжевая революция, и потом дальше поехали.

А эта группа лезет в три города, где есть независимые котельные. В Кандалакше она как бы областная, но она не относится к ТЭКОСу. Назначает директора Мельниченко (АМО), раньше так было. Если у него будут нормальные отношения с мэром, с властью (а основной поставщик денег – администрация), то они вместе все обустраивают. Примерно такая же ситуация, как была в Гаджиево, когда до отца был другой мэр. Когда отец пришел, все котельные пытаются поднять тариф. В Гаджиево такая же котельная, как в Кандалакше — отдельное областное предприятие, но мы на него влиять никак не можем, мы ему только деньги платим. А оно пытается через РЭК протащить тариф, после чего начинается война. Мы начинаем его душить деньгами, а он начинает орать, что мы вмешиваемся в его хозяйственную деятельность, типа мы там топливо занимаем. Нам и без топлива хорошо. Но, когда он тариф поднимает, мы не можем, потому что коммуналка ложится на наши плечи, на жителей.

С: — Нет никакого секрета в том, что события вокруг гаджиевской теплосети (котельной) областной администрацией воспринимаются негативно. Трактуется это так, что Мусатян хочет её приватизировать.

Юрий Алексеевич сам был готов отдать ее. Я понимаю, что это мнение формируют многие источники информации… Я даже представляю, кто формирует. Но, во-первых, почему бы Мусатяну не хотеть забрать котельные, если в каждом ЗАТО они свои. Это нелогично. А во-вторых, мы на тарифы влиять не можем, у нас не получается. А этот директор вытворяет черт знает что, и мы с ним сделать ничего не можем. Фактически с ним ничего не сделать, он чокнутый, у него зарплата 80 тыс. Ему РЭК ее утвердил. Сейчас пошел разговор о том, что есть политический фактор, политико-экономический. Т.е. информация там какая-то, я не знаю.  Вроде, Юрий Алексеевич хочет что-то с ТЭКОСом сделать. Такая сказка ходит. Если бы я был Юрием Алексеевичем, я бы поучаствовал в этом. Это второй вопрос. Я не осуждаю власть за такие вещи. Есть информация, что он собирается котельную туда присоединить, к этой же херне. Мы ничего против не имеем. Мы хотим, чтобы эта собака тепло давала и не трогала нас. Мы ей давали денег — сколько у нас в бюджете записано, и давали кассовые платежи, и чтобы он геморрой нам не создавал. Если там кто-то льет топливо, и они дербанят, и все хорошо — да флаг вам в руки! У нас хватает других схем. Но начинается проблема вымогательства. Т.е. он поднимает тариф, у нас квартплата из-за этого высокая. В соседних городах тариф ниже. Он начинает вымогать: вот топлива нет! Или, например, так: дайте муниципальную гарантию! Дали. Он брал кредит в банке. Мы знаем, что ему надо гасить кредит в декабре. Теперь он пищит, что нужны деньги гасить кредит. Мы говорим: хорошо! Даем ему 6 млн. Он берет и отправляет их поставщику. Когда январь наступает, с нас списывают 9 млн. в безакцепном порядке. Этот Седов. Он давно уже директор, пришел еще до Владимира Ашотовича (Мусатян-старший), он слегка шизанутый человек. Не все соседние Администрации зарабатывают на этом деле, но все работают с директорами, выстраивают отношения. Т.е., если влезает какой-то подрядчик, приходит к Седову и говорит: ты готов у меня брать? Готов! Приходит к главе: вы готовы платить? Готов! Все, сели и договорились, начинается поставка. И тут Седов выкидывает финт: я ему платить не буду! Глава: какого х…?, ты же ему сам сказал… Т.е. кидалово. Вот так вот он себя ведет. Нам проще, я знаю, что Евдокимов и Сабуров работают с «Роспромом», с Марголиным. У Марголина такие объемы, что для него 3 тыс. тонн в месяц – это детский сад. И пусть он себе льет, и мы будем ему платить. У нас все прозрачно, т.е. в данной ситуации все решаемо. А здесь человек, который просто вытворяет, черт знает что. Он находит другого поставщика, который говорит: давайте я вам буду лить, я готов кредиторку держать 6 месяцев, но я выставляю цену. У нас на сегодня большая кредиторка и у него большая кредиторка перед поставщиками. Т.е. ему человек предлагает: давай, я буду тебе лить. По крайней мере, у тебя вопрос с топливом решен будет на 6 месяцев. А он начинает выделываться, ставить нас в те рамки, что у нас топлива нет, или еще что-то. Взял и в июне прошлого года город отключил. Была горячая вода, раз и ее нет. Вроде как уже не зима, и можно вытворять все, что угодно. Сейчас был момент. Он провел конкурс. С поставщиком нормальные отношения. Мы поговорили: поставьте ему тысячу тонн, иначе что он город заморозит. — Хорошо, но на моих условиях, на нормальных условиях, т.е. он договор со мной заключит и не будет выделываться. Делают конкурс, причем в конкурсной комиссии на закупку топлива большинство его людей. Как бы там кто не говорил — в конкурсной комиссии его люди. Этот поставщик говорит: 4200, и я готов завтра поставлять. Тут цена топлива начинает расти. Седов: нет, я на тех условиях договор не буду заключать. – Так ты же конкурс провел сам! Через 4 дня цена скакнула и стала 4800, а этот поставщик уже послал его. И Седов через несколько дней покупает по 4800 у другого. Мы, пользуясь ситуацией, сразу в прокуратуру – шлеп!

С: — Кто- то его крышует от нас?

Мельниченко (Татьяна Петровна, областной департамент имущественных отношений). Когда-то всех этих ребят назначала Мельниченко. Сейчас уже, наверное, Бережной (Николай Иванович, департамент ЖКХ). Я думаю, что Бережной. Потому что, когда Пашков, первый зам здесь выбирался в декабре, и там была проблема какая-то, он к Бережному ездил. Бережной ему с ухмылочкой, типа: «Вы там деньги зарабатываете!» Какие деньги зарабатываем, когда идут выборы, свалка полная.

Сегодня там все упирается в директора. Поставить нормального директора, и там все поменяется. Информацию могу рассказать. Я думаю, что сейчас решает Бережной. Потому что он же сейчас за это отвечает. А Мельниченко — она была одна из тех, кто упирался по передаче этого предприятия. Мы начали этот процесс, когда отец пришел 4 года назад. Было вроде нормально: отдам, отдам! И это отдам, отдам — уже 4 года. Вплоть до того, что он распоряжение подписал местное — подготовить документы для передачи. И именно Мельниченко это табанила. А табанил непосредственно Мулев Геннадий Владимирович (зам Мельниченко). Мельниченко изначально намекала, что… Видимо, ей платили эти ребята, чтобы этого не было. Седов понимает. Там раздутые штаты. Я не знаю, кто докладывает губернатору, но там сейчас ситуация интересная. Мы ведь его задушим, и задушим до смерти. Мы стали ставить счетчики, они показывают 60%. Область не то, чтобы не захочет отдавать, а еще будет кричать: заберите его!

Сейчас пришел Вихорев из ЛДПР. Он мужик не дурак, у него с мозгами все в порядке. Мы такое политическое решение приняли и приняли его правильно. Потому что мы убили всех этим решением, кто только попался на дороге. Боря (Воробьев) был один из первых, кто был убит пистолетным выстрелом в упор.

Мы помогли Караханову — убрали человека, с которым он не может работать вообще. Дали шанс Вихореву на второе рождение. Он нормальный управленец, он давит всех очень хорошо. А нам нужен был новый человек, который пришел бы и который ничего никому не должен. И эта служба заказчика — она как бы осталась, как наследство от той. Первые 4 года мэр все равно не мог зачистку ту сделать. Как любая власть первые 4 года ничего не может сделать. А сейчас идет конкретная чистка. Служба заказчика — это же всякие техники, которые вымогают деньги с подрядчиков. Он сейчас это все зачищает, всех выгоняет. Все жалобы, которые есть — на них. У меня информации до черта, все подрядчики рассказывают.

И стали мы ставить счетчики. Поставили три счетчика на первые три дома. Один показывал 50% от того, что платится, второй 70%, третий 75%. Провели замеры еще по 10 домам, общее среднее получается 60-70%. И еще на 10 домов счетчики ставим. Всего у нас около 100 домов. Сейчас на субъект переходим, там система опять будет другая. Уже есть инструкция, уже в Минюсте утверждена. Но при наших деньгах мы все равно жирными будем и деньги на счетчики мы найдем. Счетчик стоит 100-150 тыс. Там не только счетчик, там что-то типа мини-бойлера, он регулирует дом и перекрывает… Надо убрать этого идиота. Кого губернатор скажет, того и поставим. Отец – человек старой формации, ему плевать на все. Он сидит на своем месте и помогает людям. Вся проблема с котельными именно в тарифе. Было, когда он обманул главу, когда тариф завысил. Подписал 980 рублей тариф, два года назад. Мы потом валили обратно тариф.

Мне не интересно это. Я в Полярном этим не занимаюсь, у меня другие вопросы. Идёт подготовка к облдуме, и эта группа лезет. Есть информация, что там Лунцевич и Лебедев, который за ним стоит. Сейчас вскрылся ещё какой-то дорожник здесь, который с Хмелем дружит — Жирнов Олег Владимирович.

С: — Знаю его, человек из бизнеса.

Ситуация не в том, какие там другие бизнесмены, а сколько денег он готов вложить. Есть люди, которые относятся к этому, как я, как к казино — с вероятностью выигрыша 90%. Наша проблема – Коньков. Я беру только Полярный. В Североморске – Волошин, это понятно. А у нас — это Коньков. Он активизировался, начал ездить на заседания горсовета. У него есть определенная поддержка там. Он сам является торпедой. В главы скорее всего не пойдет. Его задача — раскачать ситуацию, свалить Черепова и поставить Цимбалюк (Татьяна Кирилловна) – это та самая девушка, которая инициировала всю эту порнографию с «Единой Россией». Из тех 80 человек, 60 — работники её хлебозавода. Мы начинаем ее давить. Я выходил на Рейзвиха (Андрей Кокарович) по своим вопросам и сказал ему. Я не знаю, какие он сделал выводы из этого, но я ему сказал, что мы будем их мочить, будем мочить собственность, которая там есть, в частности, их магазины. В Гаджиево я их задушу за один день. Там глава такой, что шашкой махнет и все.

Я с Юрием Зальевичем (Бергер) разговаривал, попросил передать Рейзвиху, что ситуация ненормальная. Мы наживаем себе мощного финансового врага из-за какой-то дуры, у которой просто играют личные амбиции.

Я думаю, что в Полярном все будет хорошо. Рано они начали. У нас выборы через год, не в декабре, а в апреле. Плюс — я Попова перетаскиваю на телевидение туда, там и Рахимова будет. Телевидение там объединено с газетами, т.е. будут два СМИ, объединенные под одним юридическим лицом. Единственная газета, которая нас мочит – «Северная субботняя», эта газета питается Юрлиным. Юрий Петрович (глава Снежногорска) ей платит деньги. Коньков — его лучший друг, информацию сливает. Не думаю, что Юрлин настолько крут, что на Лунца завязан. Хотя у них неплохие отношения, через «Нерпу» у них постоянно контакт шел. Лунц — он всегда, как затычка, везде появлялся. «Северную субботнюю» финансирует он и вчерную, и вбелую. Это из-за нелюбви к Черепову и к Мусатяну, и младшему, и старшему. Не секрет, что старшего Юрлин мочил в Гаджиево. И вел себя некорректно, мэры себя так не ведут. А когда у Юрлина были выборы, мы вышли на него и сказали: «Если что надо, мы даже скажем, что мы тебя любим». Он не отказался. «Новости закрытых городов» (газета Мусатяна) в Снежногорске бесплатно распространяются до сих пор. Юрий Петрович свое получит, преемника он не сможет поставить, я ему устрою! Эта газета там своя, люди не мыслят себя без нее. Она уже два года там. Кроме того, в Полярном «Новости» будут работать. Там будет все красиво и мощно, никуда они не денутся. Деньги я найду, это решаемо.

Они выбрали только три города таких. В Полярном вообще котельная своя. У нас только в Снежногорске и Полярном свои котельные. Но в Снежногорск лезть бесполезно, там выборы уже были. Поэтому они выбрали Полярный, Североморск, где своя котельная, и Кандалакшу, где подвешенная котельная. Кандалакшу выбрали потому, что этот город легкий, Голубева свалить не сложно, Голубев никакой. Ахрамейко бы выиграл еще в тот раз, если бы пошел. Это было однозначно! Вся работа губернатора с Будаговским свелась к тому, чтобы Ахрамейко, по кличке «Дед», не пошел в облдуму. А у меня задача была наоборот. Т.к. я помогал Оксину, моя задача была отправить его в город.

С: — Там нельзя не учитывать позицию КАЗа. А Голубев их вполне устаивает. Если начать его валить, неизвестно, как они поведут себя.

Вы в Кандалакше когда-нибудь работали? Видели, что там происходит? Я вам как специалист скажу – бесполезно! КАЗ – это всего 3 тыс. человек, очень богатых, которых ненавидит весь город.

С: — Я имею в виду КАЗ, не как электорат, а как финансовую силу.

Город своеобразный, там до Голубева был «Дубашинский энд компании» – сумасшедшая банда. Во всех выборах всегда есть предел. Чтобы в Кандалакше провести замечательные, зажигательные выборы с подготовкой мощных газет, надо найти (всего) 300 тыс. долларов. Это будет суперкартина, это будет весело! Начнется за 8 месяцев, системно, со спецами, со всем. Если дать туда 500 тыс. долларов, результат не изменится. Просто сп…дят больше денег. Если потратить туда миллион долларов, то сп…дят больше, специалисты будут дороже. Я не знаю, ну раздадите деньги всем, водку раздадите, еще что-то, но это не даст эффекта. Деньгами не закидаешь, деньги не все решают в этих вещах. Есть определенный предел, когда они уже не работают.

Почему в Гаджиево такая свалка была? С нашей стороны с деньгами все было в порядке, а у тех, кроме мощнейшего ресурса, деньги тоже были немаленькие, даже больше денег было. Но они не смогли потратить больше, чем положено, они сп…дили. Когда Бергер сказал, сколько они потратили, я чуть под стол не упал. В принципе неплохо, парни хоть заработали. Там работали бывшие ФСБшники. Там был один очень сильный психолог из службы внешней разведки. Я с ними в Москве встречался, потому что хороших специалистов нельзя пропускать мимо. Тем более, они не такие уж дорогие ребята были. А своровал там сам Щеголев (конкурент Мусатяна-старшего), очень много. Эти дурачки деньги лично ему давали. Два придурка отмороженных из Питера.

В Кандалакше КАЗ может дать 300, 400, 500 тыс. А как сломать город? Город своеобразный, очень такой специфичный. Причем, наоборот, информация о том, что это кандидат КАЗа, она убьет его. Потому что люди настроены против КАЗа. Я был на КАЗе. Прекрасная американская деревня в условиях Эквадора.

С: — В чем ко мне-то вопрос?

Как бы мне Черепова посадить в тот самый паровоз, в котором едет Юрий Алексеевич Евдокимов? Все эти драки: Волошин-Хмель, Черепов-Коньков, Голубев-Ахрамейко — это все собачьи бои. Сегодня должна быть система. Системность – это подключить всех каналы и вести какую-то системную работу. Мне все равно, кто возьмет над этим руководство, мне главное — быть в системе. Мой интерес – Черепов. Я буду делать все, чтобы он прошел любыми способами. И мой отец будет помогать, и Караханов будет помогать.

Происходили встречи Черепов-Волошин. Они любят друг друга страшно, они баллотируются.

С: — Самое простое и правильное – пойти на прямой разговор к Юрию Алексеевичу, с прямым предложением.

От Черепова?

С: — От Черепова, или от кого-то еще. В Полярном всего две фигуры — Черепов и Коньков. Или кто-то там еще есть?

Цимбалюк лезет сама. Лезет там не Коньков, он – торпеда, он собирается в облдуму.

С: — То есть Коньков-Цимбалюк против Черепова, или кто-то еще?

Пока все.

С: — А Лунцевич?

Шеф (Черепов) с Лунцем никак. Нам плевать! Кто нам такой Лунц? Я там помощник Чернышенко, но это тоже ничего не значит. Просто нормальные отношения у нас. Я ему помогу, он мне поможет. Но это не значит, что я могу сказать ему то, что ему не надо знать.

С: — Зачем ему тогда нужен такой помощник? Он же может другого найти.

Наверное, надо посоветовать, чтобы нашел другого. В один тяжелый для меня момент, Чернышенко меня слил. Именно поэтому я отношусь к нему философски. Когда я пошел к Горшкову, он мне сказал: «Хорошо, что ты будешь там — я буду знать ситуацию и оттуда, и отсюда». Но на тот момент по Горшкову не было никакой команды. А потом, через полгода, он мне сказал: «Все может быть в жизни». Он должен был мне сказать: «Мы прерываем все контакты на несколько месяцев, работай там пока, потом все восстановим». А он дистанцировался от меня на некоторое время, а потом еще и сказал: «Я тебе такого не говорил». Как это не говорил? Я напомнил ему, когда он мне это сказал — в машине, когда мы там… И он кинул интересную фразу, от которой я чуть не упал под стол: «Это же было до прессинга!» Ну и что? Я разве знаю, когда у вас прессинг начался? Я ушел на Горшкова работать не как политик, а как специалист. Поэтому — какие вопросы могут быть ко мне, я свою задачу выполнил. Спасибо Попову и Мнацаканяну, что они забрали меня к себе. Я смог реабилитироваться в глазах власти, хотя власть меня до сих пор не любит. Но мне от этого ни горячо, ни холодно. Что может разъединять Черепова с Юрием Алексеевичем?

С: — Ничего. У них хорошие отношения.

Тогда каким образом Цимбалюк смогла найти дорогу к сердцу Евдокимова?

С: — Не знаю, у меня нет такой информации. Она была у него на приеме. Правда, разговор шел не о «Единой России», а о проблемах Полярнинского хлебозавода, и о Кобенко, который захватывает хлебный рынок в ЗАТО.

Это тот, который прибрал к рукам «Кольский хлебный дом»? Так вот на чем она играет! А что, «Кольский хлебный дом» – враг Евдокимова?

С: — Видимо, она нашла в чём-то согласие с губернатором.

Но ведь Юрия Алексеевича не погладили по голове за Единую Россию? То, что она сделала с «Единой Россией», это не очень хорошо. А как он это воспринял?

С: — Так он же не член этой партии.

Все эти действия были сделаны под выборы. Девочка разрулила ситуацию так: партия власти валится, надо написать письмо: «Я против партии власти — я героиня!» Она же написала сначала письмо в Москву, там 80 подписей. А потом поняла, что перебрала — из партии власти люди по её команде уходят. А партбилеты только в 1991 бросали. Через две недели, когда приехала проверка из Москвы, она написала заявление, что выходит из партии она лично, что недовольна только региональным отделением. Я ей тогда сказал, что она прокололась — надо было сразу писать в Москву про региональное отделение. Тогда игра была бы до конца. А так — сначала я этим не довольна, потом этим. Получается, ты уже федеральной партией недовольна? Есть информация, что она собирается в «Родину» перепрыгнуть. С ней Коньков. У Конькова задача — мочить меня, кроме меня у него никого нет противников. Цимбалюк его толкает, это всем известно. Он делает это для того, во-первых, чтобы расшатывать ситуацию. Во-вторых, все знают, что если меня оторвать от Черепова, то он не пройдет никогда. Представьте — Мусатяна сделать врагом Черепова! Это же вообще п…дец! Меня удивляет обезбашенность Феди Конькова, который бросается на амбразуру. Федя знает мой ресурс. У меня в ЗАТО есть реальный медиа-ресурс. Я просто порву его, он вякнуть не успеет. Всего 2-3 публикации в газете — и Феди нет.

С: — Что мешает это делать сейчас?

Рано. Зачем сегодня делать, если это можно сделать за 3-4 месяца.

С: — Лунцевич уже сейчас начал работу против Евдокимова. Казалось бы, тоже рано, но начал. Если не вписаться сейчас, то потом как бы не оказалось поздно.

Я готов вписаться куда угодно, надо только разговаривать. У меня тираж 20 тыс., к концу апреля он будет около 40 тыс. Я думаю, это не мало. Причем, эта газета не рекламная.

«Кольский хлебный дом» заключил договоры с несколькими предпринимателями. У нас уже идет борьба. Для нас Цимбалюк – враг. Мы ее уже мочим. У нас проходит информация, что «Кольский хлебный дом» заключил договор и возит хлеб. Коммерсы, они же как — для них нет политики. Хлеб «Кольского хлебного дома» дешевле, чем хлеб нашего хлебозавода. Причем, у нашего хлебозавода цены в Полярном выше, чем его же цены в Мурманске! Она монополизировала рынок и цены взвинтила. Качество хлеба упало очень сильно. Коммерсы начинают брать хлеб «Кольского хлебного дома». У нее блок с начальником милиции (милиция у нас никому не принадлежит). Начальник ГАИ (подполковник Адамова) – ее подруга, которая мечтает быть в Администрации. Плюс Федя Коньков и разрозненная группа Любимникова (это бывший мэр Полярного, которого надо было добить, как собаку, но Черепов его пожалел). Они тупо начинают трясти на КП конкурентов-хлебников. Гаишными, ментовскими способами — по три часа машину смотрят, издеваются. После этого люди в штатском (не кто иные, как милиционеры) подходят к коммерсам и говорят: «Ну что, будете заключать договор с «Кольским хлебным домом?» Но ребята из «Кольского хлебного дома», недолго думая, пишут жалобу на имя главы Администрации и на имя Совета. Собирается глава, председатели депутатских комиссий, я, еще пара замов. Я даю предложение: «Мы не можем принять никакое решение, это не наша юрисдикция. Но раз поступила жалоба должностному лицу, значит надо послать письмо в 8-е управление МВД, в 5-е управление и в прокуратуру. Пусть обратят внимание. Нарушается антимонопольное законодательство». На тот моменту у меня в Полярном пиар команды еще не было. Если бы она была, тогда бы все охренели, потому что увидели бы это шоу во всей области.

С: — Когда это было?

Недели 2-3 назад. После этого она встречалась с губернатором. Итог — цены в городе хлебозавод понизил. Нам все равно, кто будет поставлять хлеб. Но когда появился шанс, когда мы увидели, что она сама вляпывается своими действиями со своей командой, конечно мы это так раскрутили и открыли зеленую дорогу «Хлебному дому». У них программа, они могут поставлять и дешевый хлеб, и еще что-то. А нам-то что? Тем более, мы не знаем расклада.

Встреча Губернатора с Череповым должна быть и как можно быстрее. Мой субъективный интерес – корыстный. Цимбалюк выбрала себе неправильную команду, связавшись с Коньковым. И я хочу использовать этот момент, понимая, что Юрий Алексеевич Федю вместе с Лунцем ненавидит, понимает, что это его враги. Я, хочу сказать губернатору: «Юрий Алексеевич, вызовите Андрея Кокаровича (Рейзвих, акционер хлебокомбината, который возглавляет Цимбалюк), поставьте его раком и объясните ему, что девушка должна заниматься булками, а не политикой. Если эта дура выберется, она будет поддерживать Федю на выборах в думу. Федя мочит меня. Может, он думает, что я в облдуму собираюсь? Я не собираюсь. А если и собираюсь, то не таким путем, не через одномандатный округ, потому что меня порвут.

Надо свести Черепова с губернатором, чтобы они пришли к какому-то консенсусу по Конькову и Цимбалюк. Потому что на сегодня они вместе. Федя боится, он трус по жизни, он дергается. Может, еще не потерян шанс Федю сломать. Надо мочкануть его в «Новостях». Я не тороплюсь, потому что время еще не пришло, и ситуация не напрягает. Но я знаю, что в следующем номере «Нашей версии» Черепова мочканут. Не знаю, как самого Черепова, но про Полярный там будет мощная затейка.

По Североморску они уже прошлись. По Кандалакше тоже, в том же номере. Но следующий Полярный будет. Очень хитро мочат меня. Наверное, есть какая-нибудь очень плохая информация по мне в администрации? Наверное, все ходили и говорили: Мусатян такой плохой, он такой криминальный! Коньков рассказывает все это Черепову. Приходит и рассказывает: «Он тебя подведет!»

С: — Честно говоря, мало кто помнит, что есть такой Мусатян-младший.

Я и не стараюсь, чтобы они про меня помнили. У меня задача — быть сереньким, маленьким. Это раньше я очень часто по телевизору был. А сейчас я стараюсь, чтобы меня не видели, чтобы не раздражать. В Полярном вообще месяца полтора назад только люди услышали, что есть такой зам главы. Я стараюсь уклоняться. Я зам главы Администрации по строительству и правовым вопросам – начальник отдела капитального строительства, курирую отдел отселения, юридический отдел, отдел защиты прав потребителей, отдел архитектуры. Нормальные вопросы. Поэтому Федя и бесится, все бесятся. Они понимают, если меня уничтожить, то и финансовая составляющая уйдет сразу. Кто будет договариваться? С кем договариваться? С подрядчиками надо будет договариваться на выборах, с друзьями, с недрузьями. Если меня вырубить, то все накроется. А что там в областной администрации по Мусатяну-старшему?

С: — Поднимается иногда вопрос о том, что Мусатян оборзел, обнаглел, хочет подмять под себя теплосеть, что пора поставить его на место.

Надо бы Мусатяну-старшему поговорить с Губернатором. В каком плане поговорить? Что сказать?

С: — Надо найти повод и основу для разговора. Разъяснить свою позицию. Надо понять и почувствовать, что заботит и волнует Бога.

Знаю! Бога волнует Лунц!  Лунца мы готовы мочить, нам насрать на него.

С: — Лунцевич сделал ставку на три города, в том числе, на Полярный. Надо системно осветить ситуацию в городе, дать фактуру. Сопоставить с тем, кто такой Черепов, и кто такой Коньков. И, наверное, надо показать отсутствие чрезмерных стратегических устремлений у Владимира Ашотовича. Я имею в виду не губернаторские амбиции Мусатяна, а претензии на лидерство в когорте ЗАТО вопреки интересам губернатора. Обо всем этом надо говорить, и декларировать свою позицию, если рассчитываете на союз. Надо в хорошем смысле засветить для Юрия Алексеевича газету «Новости закрытых городов».

Ею что, недовольны? Ее мочат?

С: — Отношение к ней пока критичное. Потому что газета появилась давно, активность проявляет, а позиционируется для нас непонятно.

Когда-то Сучков ее мочил… Что надо сделать? Журналиста к губернатору отправить, чтобы он взял интервью у него? А можно это через вас сделать?

С: — Не надо через меня.

А через кого?

С: — Самостоятельно. Дать понять себя, проявить свою позицию. Может, не активно, а двумя-тремя пассами. Кто хороший, а кто плохой. Если действительно нужен союз, надо поддерживать позицию областного руководства по каким-то вопросам. Ну, например, хотя бы по количеству депутатов Облдумы.

В конце апреля у меня приедет группа под выборы. Они начнут работу. Я в очень хороших отношениях со своим шефом — Череповым и очень его уважаю. Он меня очень многому научил, он очень сильный политик. И он очень тонкий дядька. Человек очень интересный. Надо вам пообщаться.

С: — Сожалею, что пока не знаком с ним лично. Злые языки поговаривали, что это «криминальный» мэр. Это было голословное утверждение, я даже забыл, кто говорил. Только сейчас вот вспомнил. Что-то было связано с Горшковым… То ли он сам сказал, то ли кто-то, говоря о Горшкове, вспомнил Черепова… Я не знаю, как он пришел, кто его двигал, и вообще не знаю всю его историю.

Почему криминальный? Он сам себя создал, был зам директора завода, потом начальником управления муниципальным имуществом службы заказчика. Он абсолютно не криминальный, он шугается всего этого, боится. Это меня могли привязать туда. Сам Черепов Горшкова не знал никогда, никогда с ним не общался и никаких общих дел не имел.

Вы можете дополнить статью сайта своей информацией.  Поделитесь ею с другими читателями.  Ваше сообщение останется анонимным, если Вы так пожелаете.

Подпишитесь на обновления контента.

Мы не спамим! Прочтите нашу политику конфиденциальности, чтобы узнать больше.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.